Официальный сайт Переславского железнодорожного музея   •   Ярославская область, г. Переславль-Залесский, пос. Талицы
Главная • О музее • Для посетителей • Для туроператоров • События • Рассказы • Сувениры • Ссылки • Контакты English version

Загадка урочища Танганьюр

-…там по болотам,… лесом,… да по хорошей дороге немножко.
- Ну, если по хорошей дороге немножко, тогда – пошли!
Кинофильм «Волга-Волга»

История... Увлекательная история огромной страны. Почему-то школьный курс истории оставил впечатление, как от картины импрессиониста-неудачника. Грубые мазки, не связанные во времени и пространстве. Прыжки через десятилетия и сотни километров. Это было невозможно понять, это необходимо было запомнить. Вызубренное быстро забылось, острые грани стёрлись, отвращение прошло, и проснулся интерес. И тут начала складываться совершенно иная картина. Сложная пёстрая мозаика фактов, событий и судеб, документов, фотографий и артефактов. С причудливой игрой полутонов и огромным количеством белых точек и пятен, требующих изучения, зовущих к исследованиям.

Выбрав историю в качестве увлечения или профессии, всё равно невозможно объять необъятное. Иначе будет, как в школьном курсе. Поэтому мы выбираем узкие темы по интересам. Наша тема – история узкоколейных железных дорог, путей сообщения, промышленного освоения отдалённых регионов.

2007 г. "Тавда-1". Мост через Лозьву в Бурмантово


Увы, памятников истории русской техники сохранилось ничтожно мало. До обидного мало, и о многих произведениях инженерного искусства мы вынуждены будем всегда судить лишь по невнятным фотографиям или описаниям. Настолько мало, что каждый слух о возможности обнаружения чего-то мгновенно вызывает стремление эту информацию проверить. Броситься туда – не знаю куда, бороться и искать, и непременно найти. Говорят, с возрастом это проходит. Возможно, но, скорее, мы просто осваиваем искусство находить отговорки, почему этого не надо делать. Самая простая – «ведь прошлый раз ничего не нашли».

Урочище Танганьюр. Едва заметная точка на опушке леса на карте Западной Сибири, недалеко от границы Свердловской и Тюменской областей. Именно здесь, согласно разрозненным свидетельствам, должны были сохраниться несколько газогенераторных тракторов и узкоколейный паровоз. Или мотовоз? На самом деле, конечный пункт узкоколейки Чишьинского отделения Севураллага МВД СССР ничем примечательным не выделялся, разве что степенью неизвестности. На карте, составленной по аэрофотосъёмке 1966 г., посёлок уже числился нежилым, часть узкоколейки была показана разобранной, а часть – просто в виде просеки. Документы тоже не особо помогали. Линия нигде не значилась, а само Чишьинское отделение, основанное в 1944 г., на 1952 г. состояло из двух лагерных пунктов – Чишья и Ятья, с общим количеством заключённых  977 человек. Основные занятия – лесозаготовка и сплавные работы. И это было всё, что удалось выяснить.

Другая точка, или, скорее, пятно на карте – озеро Воентур. Всего в нескольких километрах к северо-западу от Танганьюра. О «паровозе на озере Воентур» историки узкоколеек впервые услышали зимой 2013-2014 гг. во время совместной экспедиции Музея истории, науки и техники Свердловской железной дороги и клуба «Узкоколейные железные дороги Северо-Запада» в Пуксинку. В то время, как наши коллеги из Екатеринбурга и Санкт-Петербурга занимались эвакуацией двух паровозов из Пуксинки, мы проверяли информацию ещё об одном паровозе, брошенном на реке Пелым. И вот теперь – озеро Воентур. Труднодоступное место охоты и рыбалки, которая, говорят, здесь фантастическая. Рыболовы и поведали о паровозе и тракторах в заброшенном посёлке недалеко от озера. Дальнейшие расспросы и изучение карт сомнений не оставили – единственным подходящим местом в районе озера был Танганьюр.

В конце мая 2015 г. Музей Свердловской дороги предпринял попытку изучить обстановку с воздуха. Просека узкоколейки чётко читалась, в Танганьюре были видны развалины строений, но и только. Местность заросла настолько, что никаких деталей разглядеть не удалось, а приземлиться вертолёт не смог – не нашлось места. Стало понятно, что путь в Танганьюр лежит по земле.

Комплексная экспедиция. Ближайший к Танганьюру населённый пункт – деревня Кузнецова, находится на противоположном берегу реки Тавда, да и населённым может считаться лишь условно – проживают там два человека. Есть электричество и связь. А вот добраться в Кузнецова непросто. Дороги туда нет. Зимой до деревни иногда пробивают зимник, а дальше через реку Тавда до соседней, но давно оставшейся без света Каргаева и до озера Воентур – снегоходную трассу. Точнее – тропу. По ней от Кузнецова до Воентура «всего» 31 км. А там до Танганьюра уже рукой подать – 5 км напрямки через тайгу. Летом же надо не только каким-то образом попадать в Кузнецова, но и переправляться через Тавду и пешком торить непролазные заросли и буреломы. Хоть и не любим мы зимние приключения, но вывод напрашивался один: зима.

С зимниками мы знакомы давно. У них есть только две беды – они чрезвычайно зависимы от воли погоды и человека, их содержащего. До момента старта экспедиции ясности, будет ли зимник до Кузнецова в этом году, мы так и не смогли получить.

2014 г. "Тавда-2". По зимнику на Пелым

Все расчёты показывали, что надо где-то брать снегоходы, полноценное зимнее снаряжение и вообще готовиться основательно. Договориться взять снегоходы напрокат в Екатеринбурге или Перми на приемлемых условиях не удалось. Друзья из экспедиционной группы «Бездорожник 6х6» были готовы участвовать и даже уговорили компанию «МиК» дать нам грузовик для доставки команды и снаряжения за Урал, но самих снегоходов у них тоже не было. На удачу, после недолгих переговоров, АО «Русская механика» любезно согласилось предоставить нам снегоходы, прицепные сани и даже запас масла для двигателей. Ура!

Суммарно нам предстояло проехать около 2500 км на автомобиле и более 100 км на снегоходах только в одну сторону. Снаряжение, питание, топливо, навигация, ночёвки – расчёт становился всё сложнее и сложнее. Подключились коллеги из Музея Свердловской железной дороги, знакомые из МЧС и даже… биологи. Неподалёку от нашего музея в Талицах уже несколько лет действует небольшой научно-исследовательский питомник хвойных растений. Возможность изучить заросли сосны сибирской, кедров и пихт манила садоводов, и экспедиция в один миг стала комплексной. То есть, наших целей и задач стало много.

Название звучало громко: «Комплексная экспедиция «Тавда», проводимая при технической поддержке АО «Русская механика», участии Музея истории, науки и техники Свердловской железной дороги, а также поддержке Русского Географического Общества, ПСО-2 Щёлковского ТУСиС ГКУ МО "Мособлпожспас" и администрации Гаринского городского округа».

Почему «Тавда»? Во-первых, это была уже третья поездка нашего коллектива в бассейн реки Тавда. Во-вторых, оставалось не ясным, ограничимся ли мы посещением урочища Танганьюр, и не получим ли новых «наводок» в этих краях.

Реальность, как очень часто бывает, выглядела несколько скромнее. Трёхтонка «Валдай» с дубль-кабиной, два снегохода с прицепными санями и четыре человека основной команды. В середине экспедиции к нам должен был на несколько дней присоединиться Евгений Здоровенко из Музея Свердловской железной дороги. Итого – пять. Поехали!

Вечером 15 января 2016 г., в пятницу, экспедиция стартовала из Талиц, а в середине следующего дня, после перекомпоновки и докупки необходимого снаряжения – из Москвы.

Уральскими дорогами


Местами федеральная трасса. О дорогах в России пишут много, что-то новое сказать невозможно, а повторяться не хочется. Несмотря на стремление некоторых членов нашей группы одолеть всё расстояние до севера Свердловской области «одним махом», решили проявить благоразумие и ехать не спеша. «Валдай» - не легковая машина и не туристический автобус. При заявленной вместимости в 6 человек, даже четверым в двойной кабине было тесно, тем более, с вещами и оборудованием. Кабина явно предназначена для «доезда» тщедушных сантехников до места прорыва очередной трубы. Для длительных путешествий она не подходит. Ну да ничего!

2000 км. от дома

В Перми мы ушли на кратчайшую дорогу через горы в сторону Серова. Перевал дался непросто из-за сильного снегопада и ветра, и, к большому сожалению, рассмотреть почти ничего не удалось.

Правила игры. В Серове к нам присоединился Евгений, и мы выдвинулись в Гари. Утром в среду, 20 января, встретились с Александром Геннадьевичем Лыжиным из администрации Гаринского городского округа для знакомства и уточнения обстановки. Оказалось, что зимника в Кузнецова нет. Машину предстояло оставить в Андрюшино, и оттуда продолжать путь на снегоходах. К такому варианту мы были, в принципе, готовы, но надежда на зимник до последней минуты умирать не желала. С другой стороны, подтвердилась информация о существовании снегоходной тропы до озера Воентур. Оставалось её найти…

пересадка на снегоходы

Следует особо отметить, что буквально все, с кем мы встречались в эту поездку, хоть и бывали часто удивлены нашими задачами, всегда старались отнестись с пониманием и всячески помочь. Как бывает в правильных сказках, каждый новый собеседник что-то добавлял к нашим знаниям, указывал на новые, незнакомые доселе правила поведения, объяснял, как действовать дальше. Без этих советов справиться с поставленными задачами было бы куда сложнее. Однако, тоже как в сказках, слушать нужно было очень внимательно, и четко следовать правилам. Если честно, пару раз мы довольно халатно к этому отнеслись. Результат – потерянные время и силы. Много времени и сил!

Огромное спасибо всем новым знакомым за гостеприимство, помощь и участие! Низкий поклон и признательность!

К вечеру того же дня в Андрюшино мы выгрузили снегоходы, необходимое снаряжение, оставили грузовик и рванули в сторону Кузнецова. Первые километры по лесовозным дорогам прошли лихо, а вот последние, уже по пересечённой местности, достались тяжело. Если в лесу снегоходная тропа читалась чётко, то на опушках и открытых местах к моменту нашего появления ветер и снег уже успели замести следы. По рыхлому снегу – пухляку снегоходы с тяжёлыми санями шли с большим трудом, постоянно проваливаясь и буксуя. К тому же стемнело. Искать в свете фар заметённый след приходилось буквально на ощупь, пешком проходя маршрут перед снегоходами.

снегоходная тропа ночью

 

Несмотря на поздний час, в Кузнецова нас ждали. Получив заветный ключ и вдоволь навозившись в сугробах, уже за полночь мы ввалились в здание сельсовета, одно из немногих уцелевших сооружений в деревне. В нашем распоряжении оказалась большая комната с печкой, несколькими кроватями и столами, а также куцый запас дров, оставленный предыдущими постояльцами. На улице бушевали ветер, снег и мороз. Остаток ночи ушёл на прогрев помещения, устройство ночлега и конопатку многочисленных щелей в окнах, через которые невыносимо дуло. Заснуть удалось лишь под утро.

снегоходы у сельсовета

Дрейф в сельсовете. Итак, деревянной избе сельсовета в Кузнецова на несколько дней предстояло стать основной базой нашей экспедиции. Здесь была печка, действительно были электричество и связь. Некое подобие связи. Прямо перед избой висела полукабина Россвязи, и она даже работала. Но мы, готовясь к экспедиции, об этом не подумали, поэтому карточек у нас, естественно, не оказалось. Бегать же по метровым сугробам за полкилометра на другой конец деревни к местным «на позвонить» было по ряду причин неудобно. На время экспедиции Свердловская железная дорога выделила в наше распоряжение два спутниковых телефона. Но, то ли погода была неподходящей, то ли спутники над Кузнецова пролетали какие-то «не те», пользование этой аппаратурой каждый раз превращалось в шаманские танцы. Слышимость же была такой, что, по выражению местных, «проще было палкой по берёзе постучать». По крайней мере, понятнее. Тем не менее, удавалось время от времени созваниваться друг с другом и с родственниками, сообщать, что всё в порядке.

Кузнецова

Зачем друг с другом? В Кузнецова группа разделилась. Хотя там мы узнали, что на озере Воентур тоже есть, где остановиться, было принято решение, что до места назначения будут пробиваться не все. Оставшиеся в сельсовете гарантировали экспедиции связь с внешним миром, приглядывали за запасом бензина и – существенно облегчали задачу для снегоходов.

Короткий световой день и непроходимые сугробы не давали возможности совершать дальние прогулки. К тому же, ближе к сумеркам существенно возрастала опасность встречи с волками. Деревня, построенная уже в советское время, лежала в развалинах, и увлекательного в ней не было ничего. Ботанический интерес был в той или иной мере быстро удовлетворён несколькими вылазками вдоль берегов Тавды по снегоходным тропам. Больше, кроме топки печи, в Кузнецова делать было решительно нечего! Примерно на второй день появилось фантастическое ощущение. Мобильный телефон, интернет, городская суета и очень многое из того, что осталось «на большой земле», стало казаться совершенно ненужным. Ощущение накатывало с завидным упорством, настойчиво требовало осмысления, и на это было много времени. Даже слишком много.

на берегу Тавды

Пять километров за три дня. Тем временем, передовой отряд группы почти без приключений преодолел 31 км до озера Воентур. Вроде, оставалось совсем немного. Но это «немного» и оказалось самым сложным. Сквозь лесную чащу без просеки или тропы снегоход не едет, он не бурундук. Пропиливать пятикилометровый коридор через бурелом в наши планы тоже никак не входило. Сверившись с картой, приняли решение обойти лес по болотам и выйти к точке, где от болот до опушки Танганьюра оставалось меньше полкилометра. Но и здесь нас ждал подвох. Болота, показанные на карте, со времён аэрофотосъёмок сильно заросли, и крюк оказался длиннее и сложнее, чем предполагалось вначале. К тому же, сломался один из снегоходов.

мороз и солнце

В детстве у меня была книжка-раскраска. Называлась она «Машины севера» или как-то похоже. Наверняка, она до сих пор лежит где-то на антресолях. Если найду – непременно уточню! В ней были всякие вездеходы, аэросани, шнекоход с кабиной от ГАЗ-66. Все они были нарисованы очень реалистично, без теперешней смазливой диснеевской мультяшности. Конечно, там был и снегоход «Буран». Куда же без него? Кто бы мог тогда подумать…. И вот теперь, спустя почти 40 лет, одним из снегоходов в нашем распоряжении тоже был «Буран». Он показал себя совершенно замечательно, отважно пробиваясь через пухляк и упорно воюя с непослушными санями. Огромная благодарность АО «Русская механика»! Ведь выбор снегоходов мы оставили за ними, и «Буран» вошёл в команду по их инициативе. Это был настоящий вездеход! Но… в нескольких километрах за Воентуром, когда уже казалось, что цель близка, «вдруг» лопнула сварка в месте крепления сошки рулевого вала, и вездеход остался без управления.

через озеро

Снегоходы нам достались новёхонькие. Случись такое недалеко от дома, мы, привыкшие к сюрпризам техники, и глазом бы не моргнули. Но здесь, когда до ближайшего форпоста цивилизации было около 40 км, а до настоящей – больше 80, при морозе ниже -30, это было если не катастрофой, то уж точно чрезвычайным происшествием!

доблестный Буран

 

Осмотр показал, что… Если Вы хотите сейчас что-то сказать про конструкцию или опять начать бубнить про отечественную технику – не надо. Просто – не надо! Конструкция отличная, но её продуманность и легендарную надёжность в раз перечёркнула преступная халтура всего одного бракодела – того самого сварщика, что приваривал на заводе ту самую сошку к тому самому валу. Если он читает эти строки, может быть, он задумается? Ведь, наверняка, эта сошка была не единственной такой. Снаружи сварной шов выглядел как будто правильно и красиво. А внутри держался едва ли на 30% сечения. Он был элементарно не проварен. Естественно, при повышенных нагрузках эти жалкие проценты не выдержали. Бум! И мы остались в тайге без возможности маневрировать. В тайге, среди деревьев и поваленных стволов. Но у нас выход был. А кому-то такая поломка может стоить жизни.

сквозь тайгу

 

К великому счастью, второй снегоход – «Тайга» - оставался на ходу, а сварочный аппарат нашёлся в Кузнецова. Это была огромная удача. Тем не менее, на разборку, возвращение на базу, ремонт и обратную сборку ушло больше суток, как мы ни старались всё делать быстрее. Экспедиция начала безнадёжно выбиваться из графика.

На этом этапе Евгений вынужден был покинуть группу – его ждали неотложные дела в Екатеринбурге.

пухляк

Спустя ещё день, после ремонта «Бурана», передовому отряду экспедиции удалось, наконец, прорваться в урочище Танганьюр. Уже на подходе начали попадаться признаки, ясно указывавшие, что до нас там кто-то побывал, и не просто с исследовательскими целями.

ночь на Воентуре

Это не развалины, это – руины. Здесь было с точностью до наоборот. Заросшие берёзой развалины посёлка. Всё металлическое было давно вывезено, даже кровати вытащены из бараков. Лишь в одном месте из снега торчала красная скорлупа кабины от трелёвочного трактора, куда более современного, чем всё остальное вокруг. Вдоль и поперёк, через молодую тайгу и зарастающие болота беспорядочно тянулись колеи гусеничного вездехода. Где старые, уже сильно заросшие, где, как казалось под снегом, совсем свежие. Нет, конечно, не вчерашние. Год, два? Скорее, гораздо больше. Возникало ощущение, что вездеход метался по лесу в поисках чего-то. Очевидно, он был не один, и искал он железо. И красная кабина, вероятнее всего, принадлежала одному из них. Тому, что погиб в неравной схватке за металл и был сам принесён в жертву. Какой же невероятной упёртостью надо было обладать, чтобы, сжигая тонны солярки, цена которой во много раз превосходила стоимость возможной добычи, варварски калеча природу, прорываться в эти заповедные места ради нескольких тонн ржавого железа? Наши умы наотрез отказывались это понимать. В любом случае, нам здесь больше делать было нечего.

развалины Танганьюра

Нельзя сказать, что это была полная неудача. Хоть и со сложностями, мы добрались до места, достигли цели. По дороге узнали много нового и неизведанного. Получили колоссальный экспедиционный опыт. Повстречали замечательных людей. Вспомним – ведь наша экспедиция была запланирована, как комплексная. Большую часть комплекса задач выполнить нам удалось.

навигация

Скомканный конец. Дальше были спешные сборы в Кузнецова, Андрюшино, Гарях. Потом Екатеринбург, где мы поближе познакомились с коллегами из Музея Свердловской железной дороги, проведя несколько очень интересных встреч. Надеемся, что новые контакты в будущем окажутся взаимно полезными.

краеведческий музей в Гарях

 

таёжный обитатель

 

музей Свердловской дороги Екатеринбург

Ольга вылетела в Москву самолётом. Экспедиция заняла гораздо больше времени, чем предполагалось, и она опаздывала на дежурство в своём поисково-спасательном отряде. Остальным тоже пришлось корректировать планы. Где-то в ночи промелькнул Воткинск, следующим утром - Ижевск, поздно вечером – Чебоксары. Нижний Новгород – уже совсем близко к дому – туда мы всегда успеем! Вечером 1 февраля, высадив Митрия и Сергея в Талицах, Дмитрий и «Валдай» умчались в Москву.

Экспедиция закончилась. А вопросов меньше не стало! Захотелось больше узнать о местах, где мы побывали, их древней и более молодой истории. И, не успели мы вернуться домой, как с новой силой потянуло в экспедиции. Пока ещё что-то можно найти!
_ _ _ _

На стрелке в Кузнецова среди берёз стоит огромный коренастый кедр, по счастливому стечению обстоятельств не тронутый лесорубами. Ему уже около двух веков. Он очень многое помнит, он знает ответы на все вопросы, но пока надёжно хранит свои тайны…

Ещё раз спасибо всем, и до новых встреч!

Сергей Дорожков,
Митрий Калиновский,
Ольга Силантьева,
Дмитрий Кутало

Январь 2016 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Смотрите также


Нашли ошибку?
Если вы нашли на странице нашего сайта орфографическую ошибку или опечатку – выделите её мышкой и нажмите Ctrl-Enter. Сообщение о ней будет отправлено администратору.

О найденных фактических ошибках сообщайте письмом по адресу info@kukushka.ru

 
Главная • О музее • Для посетителей • Для туроператоров • События • Рассказы • Сувениры • Ссылки • Контакты English version
Система Orphus